В Сорочинский районный суд с требованиями об устранении препятствий в пользовании квартирой обратилась жительница города.

В обоснование требований истица, указала, что с апреля 2022 года она состояла в зарегистрированном браке с ответчиком, и они совместно стали проживать в квартире ответчика. В мае 2021 года оформил на ее имя завещание на 1/2 доли в праве на указанную квартиру, а в последующем и договор дарения ½ доли на указанную квартиру. Однако, в августе 2024 года вернувшись в свою квартиру истица не смогла в нее попасть, так как квартира была закрыта на внутренний замок. В квартире находилась родная сестра ответчика, которая отказалась впускать истицу в квартиру.

Просила суд обязать ответчика не препятствовать ей проживать в указанной квартире и передать ключи от входной двери квартиры.

Возражая на заявленные требования, ответчик подал встречные требования о признании договора дарения ½ доли указанной квартиры недействительным, указав на то, что в момент подписания договора он находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. При жизни он не собирался дарить, продавать или иным способом отчуждать принадлежащую ему долю в квартире ответчику. Действительную природу совершаемой сделки никто ему не разъяснял. Напечатанный текст договора был представлен ответчиком по делу, при сдаче документов на регистрацию, что также подтверждается представленным заключением специалиста в области судебно-психиатрической экспертизы, согласно которого у бывшего сожителя истицы обнаруживается расстройство личности в связи со смешанным заболеванием из чего следует, что при подписании договора дарения ответчик не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

В ходе судебного для разрешения спора разбирательства судом была назначена стационарная комплексная психолого-психиатрическая судебная экспертиза в отношении бывшего сожителя истицы.

Суд, изучив материалы дела, а также представленные экспертные заключения, показания свидетелей, пришел к выводу, что ответчик, в связи с имеющимися у него заболеваниями и синдромом зависимости от алкоголя, на момент составления договора дарения, в полной мере не мог понимать значения своих действий и руководить ими, в связи, с чем судом указанный договор дарения признан недействительным.